Меню Закрыть

Арсений леонович: Дом-питон — шедевр Арсения Леоновича • Интерьер+Дизайн

Содержание

Дом-питон — шедевр Арсения Леоновича • Интерьер+Дизайн

Знаковый проект архитектурного бюро PANACOM — «Дом-питон» на Новорижском шоссе.  

По теме: Космическая одиссея Silvio Rech + Lesley Carstens Architects

Когда архитектор не работает по принципу «чего изволите?», а имеет собственное мировоззрение и философию, — далеко не каждый решится стать его заказчиком. Но зато если уж доверится автору, то из их союза родится выдающийся проект. Дом бюро PANACOM — именно такой случай. Заказчики — замечательная интеллигентная семья. С бюро давно знакомы — построили вместе не один объект, не боятся экспериментировать, искать новое. «Это уже не заказчик даже, а единомышленник, партнер, — говорит архитектор Арсений Леонович. — Мы с ним по одну сторону баррикад». (Вместе с Арсением над проектом работал Никита Токарев, сегодня  директор и преподаватель Архитектурной школы МАРШ, а также сплоченный творческий коллектив.)

Вертикаль дымохода, пронзающая дом, декорирована орнаментом из цветных ромбов: он вносит в интерьер динамику. Цветовая палитра — достаточно яркая — подбиралась в соответствии с темпераментом хозяев, жизнерадостных, позитивных людей. Библиотека второго этажа. Здесь продолжается вертикаль камина, постепенно изменившего цвета отделки. Два дивана из серии Lady: итальянец М. Дзанузо спроектировал модель в 1951 г. для Arflex. Стол Baxter. Низкий шкаф с геометричным маркетри в гостиной — ценный уникат, атрибутируемый как дипломная работа П. Кьерхолма в Датской школе искусств и ремесел в 50-х гг. Светильники, похожие на морских ежей — испанского бренда Maciero. В зоне столовой привлекают внимание винтажные люстры из хрусталя и металла. При входе устроен еще один кабинет для приема гостей и посетителей. Английский торшер 80-х, кожаный датский диван и яркая абстракция художника работающего под псевдонимом 0 х 17 (настоящее имя: Павел Соловьев) Хозяйская ванная комната. Отдельно стоящая ванна Kaldewei, обшитая тиковыми рейками, расположена у окна. Раковина Duravit. Смесители Axor/Hansgrohe. В отделке использован мрамор сорта скирос калакатта. Галерея второго уровня. Слева двери в гостевые спальни. Гостевой санузел на первом этаже.

В окружении «итальянских» вилл и «английских» коттеджей, аккуратно расположившихся по соседству, дом напоминает пришельца с другой планеты. Абсолютно несимметричный, с каждой из сторон он выглядит по-разному, а с фасада он похож на гигантскую, свернувшуюся калачом змею. Яркая форма не прихоть и не самоцель — она продиктована местом. Как камень на берегу, обдуваемый  ветром и омываемый водой, постепенно принимает свои очертания, так под влиянием местности рождается уникальный архитектурный объем. Участок имеет пятиугольную конфигурацию; неподалеку пруд, на который желательно было сориентировать как можно больше комнат; вокруг соседи, в чью сторону, напротив, смотреть не хотелось.

Лестница ведет из гостиной на второй этаж. Ее основание отделано необработанным камнем. Поверхность воспринимается вызывающе тактильной по контрасту с гладким деревом и штукатуркой. Комод привезен из Берлина.

«Там не мог встать «кубик» или нечто столь же простое, — объясняет Арсений. — Слишком много было задающих непараллельное движение параметров, энергетических потоков. Пронзив насквозь постройку, они пересеклись и создали намагниченные полюса, которые стали двигателями в работе над интерьером. Дом — цельный организм. Работа над фасадом и интерьером —  единый процесс, и в данном случае, в силу причин, от нас не зависящих, он получился долгим. С момента зарождения первых эскизов прошло семь лет. Но если бы не эти годы — дом был бы другим. Мы развивались — вместе с нами развивался и он».

Этот уголок гостиной образуют шедевры дизайна: кресла Ox Chair датчанина Х. Вегнера (модель 1960 г. была вновь запущена в производство в 1989-м фабрикой Erik Jørgensen). А также столик американца японского происхождения И. Ногучи (1944), Hermann Miller.

Все, кто приходит сюда, чувствуют себя по-особенному. Хотя и не всегда могут объяснить почему — бывает сложно описать собственные переживания. Пространство влечет на уровне физиологии, тактильных ощущений: «Для нас с Никитой в архитектуре и дизайне они всегда были крайне важны». Подобные проекты в нашей стране, к сожалению, редкость. Причины объясняет Арсений: «Люди не готовы экспериментировать с мировосприятием и как следствие, — с формой и с пространством. Предпочитают жить, апеллируя к традициям: «Уютно, привычно — значит  красиво». Но для тех, кто ментально свободен, модернизм становится пропуском в другой, потрясающий  мир».

Бассейн расположен на минус первом уровне и вынесен за периметр основного стеклянного объема спа-комплекса. Отделка из каменных глыб придает пространству сходство с пещерой. Дневной свет проникает сквозь световые фонари.

Общая площадь комплекса около 1500 кв. м. Помимо основного здания, на участке есть еще два — спа-блок и строение у входа, где располагаются служебные помещения: комната охраны, квартира прислуги и пр. Постройки нанизаны на систему подземных ходов. Они придают жизни в доме мистическое очарование, а главное — облегчают быт. Площадь участка задействована оптимально: некоторые помещения, среди них бассейн и котельная, находятся на минус первом уровне.

Лаунж-зона в спа-блоке. Крупный полукруг камина подхватывает определяющую в проекте тему геометрии. Кресла дизайна шведа А. Норелла и бразильца С. Родригеса. Диван Natuzzi.

Подобно театральным художникам, архитекторы создали сценографию для жизненной пьесы. В доме много винтажа. Предметы разных десятилетий собраны в галереях и антикварных лавках Лондона, Ниццы, Берлина, Барселоны. У каждой вещи своя история, так что становится очевидно: этот интерьер сделан не по каталогу. «Западные проекты живые, жилые, с печатью личности свои хозяев. Наши — часто выглядят как шоу-рум», — считает Арсений.  

Кухня объединена со столовой. Г-образный остров дизайна А. Леоновича закрывает рабочую зону. Подвесной светильник над ним — еще одна работа архитектора. На стене графичные произведения О. Леонтьевой.

Значительную часть мебели для проектов Арсений Леонович придумывает сам. «Не всегда  получается найти необходимое. То, что есть, — не встраивается в архитектуру, несомасштабно ей или просто неудобно. Приходится рисовать и мотив для ткани, который хочется увидеть на шторе, и светильники, и кухню — здесь, например, нужна была крупная угловатая форма, мы специально спроектировали ее под этот дом». Дизайн — важная составляющая деятельности Арсения Леоновича, лауреата нескольких престижных премий Red Dot.

План дома с его срезанными углами, по сути ромбовидный, определил стержневую идею — в интерьере доминирует геометрия. Дымоход камина, как цветным чулком, обтянут крупной сеткой. «Думали зашить металлом, деревянными панелями, камнем — все было банально, вяло, а в этом доме необходимо движение. Мы его с Никитой с самого начала заложили».

Арсений Леонович.

«Мода правит бал, диктует и цвет, и форму. С подиумов тренды переходят в другие сферы жизни — и архитектура не исключение. Дома, сделанные десять, пять лет назад — все  несут знаки своего времени». Впрочем, талантливые авторы способны опережать время (отчего порой бывают не сразу понятыми). Когда начинался этот проект, мир был увлечен неоклассикой, заигрываниемем с необарокко. PANACOM сделал ставку на вечную геометрию — и выиграл. 

Главный фасад. В этом ракурсе дом и правда похож на свернувшегося клубком питона, положившего голову на хвост. Слева, с «хвоста», располагается вход. В «голове» — кабинет. Отделка фасада сочетает стекло, штукатурку и экзотическое дерево меранти.

Арсений Леонович об индивидуальности в дизайне

О том, почему итальянский дизайн в мировой индустрии – это уже миф, а российский – еще фикция, рассказывает дизайнер Арсений Леонович, основатель архитектурного бюро «PANACOM».

На фото:

Российский дизайнер и архитектор, выпускник МАРХИ, участник и победитель многих профессиональных конкурсов. «Послужной список» Арсения очень разнообразен: от дверной фурнитуры до столов и светильников, от проектов жилых кварталов до интерьеров коттеджей и банков.

О вреде специализации. Архитектор и дизайнер — на самом деле, стороны одного и того же профессионального мастерства. Если бы спросили у Джо Понти: «Кем вы себя больше ощущаете?», он бы ответил, что с понедельника по среду — дизайнером, а к выходным думает только о чертежах. Мир начал разделять людей на специализации с 1970-х — эта пагубная тенденция пропитала все наше время. Дело в том, что при всех своих плюсах глубокая специализация имеет массу минусов. Мы получаем герметичные, не общающиеся между собой страны. Надо развивать в людях многополярность взглядов и умений, многообразие их профессиональных ответов на любые вопросы и задачи. Надо возвращаться к ренессансному пониманию профессионализма. Разве Леонардо был профессионалом в какой-то одной области?

О разрушении типологий. Я участвовал в создании нескольких мебельных коллекций, посвященных размыванию границ между работой и отдыхом. Это вызов времени. Как выглядит эта граница, где мы еще работаем и уже не работаем? Возможно, самый результативный процесс пойдет тогда, когда ты в шерстяных носках, задрав ноги, полулежа, обнимаешь свой iPad. Может, именно тут к тебе придет образ проекта, текста, сценария, делового письма? И совсем другого результата ты добьешься, сидя под лучами настольной лампы, или проглотив кол на удобном офисном стуле. Поэтому и важны исследования пограничных состояний: отдыха, расслабления, концентрации. Сделать такие состояния удобными для творчества — сверхидея для всех новых коллекций нашей мебели, светильников, и даже каких-то гибридов, как мебель-светильник.

О роли дома. Сочетания, которые когда-то казались не сочетаемыми, теперь возможны: например, куб, вырастающий из меха. Так и дом становится местом, где не только живут, но и работают. Можно давать разные этические оценки этому процессу, но он происходит. Я это чувствую как сейсмограф.

Об индивидуальности. За 15 мы делали разную архитектуру. В начале это был скованный, аккуратный стиль, с оглядкой на все то, что уже сделано до нас. Мы только немножко заигрывали с модернизмом: в одном доме могла быть структурная сетка из одного объекта, на фасаде — элемент из другого и т.д. Этого нам казалось достаточным. Но каждый новый проект добавляет раскованности, и в какой-то момент начинает проявляться индивидуальность. Притом ты миксуешь, задействуешь весь арсенал прототипов. Но получается исключительно твоя вещь, просто не на пустом месте. Никогда не поверю человеку, который будет доказывать, что какая-то находка — это исключительно его находка.

Об иронии. Ирония как архитектурный прием, который вовсю использовался лет 20-30 назад, мне не близка. Это слишком мелкий прием для архитектуры. У нас вместо иронии — свобода, яркость и платика.

Об итальянском дизайне. Это бренд и миф. Перенесемся в Данию или Швецию — там будут говорить все то же самое, но про скандинавский дизайн. Всем есть что предложить. Возможно, итальянских производителей просто много, так уж сложилось. Когда мы говорим про итальянский дизайн, мы имеем ввиду made in Italy. Но больше половины фамилий там будут еврейскими, азиатскими, арабскими… Можно говорить, что это итальянский дизайн?

О российском дизайне. Давайте себе честно скажем, что если у нас не получилось нахрапом въехать в историю дизайна, и помимо русского конструктивизма, мы не смогли создать своей мощной школы, то давайте продвигать своих мастеров. Так мы впишемся в этот постиндустриальный глобализованный процесс. И, дай Бог, найти там нам свои 3-5% рынка. Это будет лучшим подтверждением существования российского дизайна.

То, что наших дизайнеров переманивают на Запад — миф. Даже те, кто там раскрылся, а их с полдюжины, добились этого большим трудом. Огромные затраты сил и времени — только лишь для того, чтобы пробить этот барьер, ментальный и языковой. Но возможно, любому дизайнеру стоит пройти этот путь.

О новом поколении. Это те, кто уже все прочел, все посмотрел, много, где был. Мы были «детьми перестройки», а они — «дети постперестройки». Это поколение уже родилось с ощущением «открытой форточки». Они с детства мотались с родителями по миру, глядя на все вокруг, начиная с вилок в отеле и заканчивая билетиками в трамвае, соборами и музеями.

О новых технологиях. Бетон становится прозрачным, появляются дышащие волокна, растущая материя, светильники в виде летающих молекул. Современные материалы находятся все на рубеже предвосхищения неожиданного. Вот если раньше камень не мог плавать, но теперь и плавает, и летает. Если вода была водой, то теперь она превращается в пар, внутри которого возникает 3d-проекция. Инструментарий, необходимый для творчества, помещается в любом смартфоне. Пальчиком на тачскрине можно нарисовать стул или кресло, сидя в трамвае.

Пять вещей, которые я придумал и которыми я пользуюсь.

 

 

Арсений Леонович — Спикер CRE event

Арсений Леонович
Со-основатель архитектурного бюро PANACOM

В 1998 окончил МАРХИ (Московский Архитектурный институт), где учился в мастерской экспериментального проектирования В.Р.Раннева и Е.В.Асса.  Прошел стажировку в Нидерландах в  Дельфтском Технологическом Университете (Technische Universiteit Delft). В 2001 году Арсений Леонович совместно с архитектором Никитой Токаревым основал архитектурное бюро PANACOM. 

В архитектуре и дизайне Леонович с легкостью оперирует разными масштабами, образами и технологиям. Такой подход есть прямое продолжение профессионального  метода, заложенного в мастерской экспериментального проектирования.  Неслучайно, в портфолио Леоновича и архбюро PANACOM градостроительные концепции и городские объемы, инсталляции и арт-объекты; интерьеры общественные и жилые, всевозможные предметы в интерьере: от дверных ручек до мебели и светильников. 

Арсений Леонович — обладатель престижных российских и международных наград в области архитектуры и современного дизайна —  4 наград  RED DOT DESIGN. А также 67 премий DESIGN AND DESIGN INTERNATIONAL AWARD, АРХ Москва, Русский Дизайн, Зодчество, Золотое Сечение, INDUSTART, Модулор, INTERNI DESIGN AWARD, PIN WIN.

В сфере предметного дизайна архитектор успешно сотрудничает с компаниями ЭКОМЕБЕЛЬ (Россия), ZEBRANO (Россия), VALLI&VALLI (Италия), PIIROINEN (Финляндия), СВЕТОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ (Россия) ATELIER SEDAP (Франция), САРОС-СВЕТ(Россия), STONE ITALIANA (Италия, коллекция столов «lapis terminus», Милан, 2017), BONITACASA (Россия), РИМ.РУ (Россия),  и др.  Автор коллекции столов «ОСТРОВА» для компании NAYADA (Россия), представленной на выставках в Кёльне (2012) и Милане (2013). Арсений — автор знаменитого кресла для рабочий пространств COMBO 75.

Проекты Арсения Леоновича:

•  Интерьеры сети коворкингов «Старт»

• Интерьеры Офиса «Русского Ипотечного Банка»

•  Интерьеры Открытого Правительства Москвы

• Интерьеры офиса крупной промышленной компании в Воронеже

• Учебные помещения Московской Архитектурной школы (МАРШ), Московской школы кино (МШК) и Британской Высшей Школы Дизайна (БВШД)

• Частный дом-питон с бассейном

• Интерьеры жилых домов, Поздняково

• Интерьеры офиса компании «Reemtsma»
• Интерьер магазина одежды «Седьмой континент»
• Проект реконструкции завода шампанских вин «Корнет», Москва, 1999
• Проект застройки площади Крестьянской заставы (конкурсный проект), 1998
• Проект реконструкции ДК горняков, г. Рудный, Казахстан, 2002
• Концепция поселка и зоны отдыха «Бухта тихая», Московская обл., 2003
• «ДОМзагородДОМ» — конкурсный проект, 2003
• Проект поселка Воронково, Московская область, 2004
• «Кухня для России», конкурс фирмы Toncelli, Италия, 2002
• Дверная ручка S2, конкурс фирмы  Valli&Valli, Италия, 2004
• Ковер 2×2, конкурс фирмы Carpet House, 2003



Мероприятия с этим спикером:


Business Center Conference

Арсений Леонович | ЦСА

Arseny Leonovich

страна: Россия
сайт: www.pana.com.ru

Арсений Леонович (г.р. 1975), конструктор и дизайнер. Основоположник архбюро PANACOM, главный конструктор.

В 1998 закончил МАрхИ (Столичный Строительный институт), где обучался в мастерской экспериментального проектирования В.Р.Раннева и Е.В.Асса. Стажировался в Нидерландах в Дельфтском Технологическом Институте (Technische Universiteit Delft). После окончания учебы трудился в бюро «Архитекторы АСК». В 2001 году Арсений Леонович вместе с архитектором Никитой Токаревым, также учеником Евгения Асса, основал архбюро PANACOM.  

В архитектуре и дизайне Леонович с легкостью оперирует различными масштабами, видами и технологиям. Таковой подход есть прямое продолжение проф способа, заложенного Ранневым и Ассом. Неслучайно, в портфолио Леоновича и архбюро PANACOM градостроительные концепции и городские объемы, установки и арт-объекты; интерьеры публичные и жилые, различные предметы в интерьере: от дверных ручек до мебели и осветительных приборов.  

Работы Арсения Леоновича и бюро PANACOM – призеры бессчетных строительных и дизайнерских конкурсов:
 
Архитектура
Интерьер Столичной Строительной Школы (МАРШ) и Высшей Английской Школы Дизайна.
ГРАН-ПРИ Евразийской премии 2014
1-ое место. Конкурс МОДУЛ`OR 2013
1-ое место. Конкурс «Креативный Кабинет», 2013 PINWIN.RU
 
Дом в Никольской Слободе «Пароход Иван Кузьмич».
1-ое место посреди Экспертов в разделе «Дизайнер интерьера», Конкурс МОДУЛ`OR 2013
2-ое место ЕВРАЗИЙСКАЯ ПРЕМИЯ 2014  
 
Дизайн
WALKIRIA, коллекция дверной фурнитуры
1-е место конкурс компании Valli&Valli, 2004
Запущена в общее создание, 2007
 
ISLANDS, коллекция офисных столов
1-е место в конкурсе «Российский ДИЗАЙН». ARCHIPROFI.RU, 2012
 
REC LAMP, осветительный прибор
BOOKSHELF, этажерка  
RECYCLE TUBES, городские объекты
DESIGN AND DESIGN INTERNATIONAL AWARDS, публикация в The Book of the Year, 2013
 
ATOLL, коллекция осветительных приборов
1-ое место, конкурс Atelier Sedap, 2013
 
BENCH HOUSE, городские объекты  
RED DOT Design CONCEPT Award 2014
1-ое место MARTINI ART CLUB, 2013
 
KOSATKI, осветительный прибор.
RED DOT Design CONCEPT Award 2014
 
RANDO, осветительный прибор
IN-OUT, кресло
MANTIS, осветительный прибор
MEDIATOR, стол
VERTIGO, осветительный прибор
Dr. CARTER, осветительный прибор
DESIGN AND DESIGN INTERNATIONAL AWARDS. публикация в The Book of the Year, 2014
 
OIL WIND FIRE architecture (Колонна Траяна)
1-ое место в конкурсе РЕФОРМА фестиваля «РеПРОДУКЦИЯ», 2013
 
COMBO 75 (рабочее место для Open Space). Приз зрительских симпатий конкурса NAYADA АРХИВЫЗОВ: Flex Office 2013

РАБОТЫ:

Жилой микрорайон «Поляна Самоцветов»


Россия, Москва. ПРОЕКТ

Интерьер банка на Полянке


Россия, Москва. ПОСТРОЙКА

«Гнезда света»


Россия. ПОСТРОЙКА

Дом в Коровино


Россия. ПРОЕКТ

Индивидуальный жилой дом в поселке «Антоновка»


Россия. ПРОЕКТ

Проект жилой застройки на территории Российского центра программирования в Дубне


Россия. ПРОЕКТ

Частный жилой дом в пригороде Мюнхена


Германия, Мюнхен. ПРОЕКТ

Жилой комплекс с нежилыми помещениями и подземной стоянкой, Поздняково


Россия. ПРОЕКТ

Индивидуальный жилой дом, Ватутинки


Россия. ПРОЕКТ

Индивидуальный жилой дом, Никольская слобода


Россия. ПРОЕКТ

Арсений Леонович: «Дизайн – это новый дзен»

Сеть коворкингов «Старт» начала работать с конца 2015 года — за это время по Подмосковью было открыто 15 отделений. Первые пять пилотных проектов разрабатывали разные дизайн-студии, а последующие десять доверили команде архитектора Арсения Леоновича Panacom. Мы поговорили с архитектором о том, как сделать одно рабочее место комфортным для всех и не отвлекают ли яркие цвета от работы.

Вы проектировали интерьеры МАРШа и Британки. Как различается подход к проектированию современных образовательных учреждений и коворкингов?

Для современных образовательных и бизнес-учреждений, на первый взгляд, «инъекции смыслов и мотиваций» разные. Однако и в том, и в другом случае подход к реализации во многом совпадает: это минималистичная эстетика, четкая градация площадей (от супер XS до опенспейсов XL), яркие графичные решения, контрастные палитры отделки, простые светильники крупных форм и яркие мебельные решения. Если в МАРШе и Британке во многих зонах (кофейнях, зонах ожидания и приема, рецепциях, опенспейсах) мы использовали итальянскую и немецкую мебель, то спустя почти пять лет (с ориентацией на импортозамещение) для сети «Старт» мы решили использовать продукты исключительно российского производства – и кресла, и столы, и пуфы.

Как сделать пространство для работы множества разных людей удобным для всех?

Все зависит от концепции и планировки: если надо, чтобы комфортно себя чувствовали три человека, то создается пространство с шумопоглощающими стенами и простыми белыми или темными плоскостями; если надо организовать опенспейс, то возникает градация масштабов – большие столы, маленькие, мягкие зоны, пуфы, чтобы и полежать, и посидеть, и отдохнуть. Еще в МАРШ мы начали обкатывать формат суперграфики, и в «Страте» довели его до совершенства: сейчас надпись «Биткойны» раскатывается в помещении атриума банка, и все сразу видят – вау, сюда переехал модный молодежный коворкинг! Брендирование коворкингов (и вообще образовательных и социально ориентированных учреждений) неразрывно связано с мощной навигацией.

В проекте коворкинга вы используете яркие цвета. Они не отвлекают от работы? От чего вообще стоит отталкиваться, выбирая цвет пространства?

Мы были привязаны к бренд-буку коворкингов и к тем ярким цветам, которые есть. Нам жестко ограничили палитру: оранжевый, синий, зеленый. Но в бокс-офисах нет этих цветов: в них пробковые шумопоглощающие стены наподобие пинбордов, а из цветов использованы мягкие оттенки серых и зеленоватых. Но если у вас опенспейс, то почему бы не сделать в большом пространстве яркое выразительное панно, которое повторяется из коворкинга в коворкинг и их атрибутирует?

Опенспейсы – сейчас самый популярный формат рабочих пространств, как думаете, он изменится в будущем?

Опенспейс теряет свои позиции. Согласно нашей внутренней статистике от первого коворкинга к последнему в течение года, площадь открытых всем доступных пространств уменьшилась. Стартаперы все больше примечают, к примеру, восьмиметровые комнаты для работы двух человек: зачем кому-то делиться уже найденным концептом нового приложения – хорошие бизнес-идеи до некоторых пор требуют секретности, конкуренция высокая.

Вы участвовали в создании нескольких мебельных коллекций, посвященных размыванию границ между работой и отдыхом. В чем особенность такого продукта?

Особенность – в способности быстро трансформироваться под разные задачи. Если сейчас перед вами – удобный стол, то он в момент должен превратиться в кресло или мини-диван. Если сейчас вы заняты рисованием или работой за компьютером, то через минуту вы можете захотеть прилечь и помедитировать. Наш Combo, к примеру, это и кресло, и стол (высокий или низкий) и даже кровать, в нем есть опция подсветки, подзарядки, встроенных полок и аксессуаров.

Модельный ряд Combo запустила в производство российская компания Zebrano.Pro

Как расширение инструментария (новые технологии, материалы) помогает архитектору? Не потеряется ли за этим сама суть его работы?

Чем больше и чаще ты развиваешь свои умения и инструментарий, тем интереснее будет следующая коллекция. Я умею работать и с корианом, и с гнутой фанерой, с оргстеклом, с алюминием. Кто обогащает свою технику боя более сложными ката (последовательность движений в боевых искусствах – прим. ред.), тот не только не теряет, а приобретает гораздо больше. Дизайн – это новый дзен.

От работы над какими проектами вы получаете особое удовольствие?

Над теми, где выделенное на разработку концепции время соответствует масштабу усилий. От этих проектов я и мои коллеги получают удовольствие. Сейчас вместе с одной российской компанией мы запускаем коллекцию российского керамогранита Made by Panacom. Это небольшой проект, и все в нем адекватно: сроки, дизайн, варианты, форматы, обсуждение каталога, обсуждение презентаций, выставок, маркетинг и продвижение. Результат – удовольствие от процесса. Но есть проекты, которые давно должны были быть сделаны, их еще год назад нужно было отснять для портфолио, но менеджмент подкачал и «воз и ныне там». Адекватное совпадение задачи и того времени, за которое она должны решиться, – вот необходимое условие.

Арсений Леонович: «Москва — один из лидеров в гонке трансформации городов»

22 ноября 2018 г.

Архитектор, дизайнер, генеральный директор архитектурного бюро Panacom – о ключевых принципах развития современного города, перепрограммировании объектов культурного наследия и социальной роли архитектора. 

– Последнее время много говорится о трансформации городов, редевелопменте, создании комфортной среды. Вы, как архитектор и житель большого города, замечаете существенные преобразования?

– Любой город – проекция людей, которые в нём обитают, их эмоций и стиля. Понятно, что городская среда – инструмент для создания комфортной жизни, и Москва на сегодняшний день – один из лидеров в этой гонке трансформации городов. В качестве основных тенденций очевидны развитие проектов по благоустройству, переосмыслению промышленных территорий и расширению транспортной сети. Эти преобразования, кстати,–фундамент развития любого мегаполиса.

– То, что Вы перечислили, касается, скорее, градостроительных процессов, а что насчёт самих архитектурных объектов? Какие изменения Вы бы отметили?

– Продолжается тренд на мультифункциональность: если строят ТЦ, то с фитнесом и даже коворкингами, если жилой комплекс, то с развитой торговой функцией и ресторанами. Моноформат перестаёт быть востребованным. Так город адаптируется к нашим потребностям и высокой скорости жизни. Утром мы хотим спорт, днём поработать, вечером поучиться и сходить в ресторан – и всё это в один день в большом мегаполисе. Отсюда тенденция к переосмыслению устаревших пространств, в том числе промышленных. Огромное количество пустых, потерявших актуальность интерьеров и помещений перерабатывается и насыщается новыми функциями. Посмотрите на новые жилые комплексы: отчасти это рефлексия на тему знаменитых конструктивистских творений – вспомним, как были устроены «Жилая единица» Корбюзье в Марселе или Дом Наркомфина в Москве, который сейчас находится в процессе реставрации. Panacom, кстати, принимает участие в работе над этим проектом. Особую роль в этих комплексах играли комфортная среда и качественная разнообразная инфраструктура. В Доме Наркомфина, например, были столовая, библиотека, прачечная и т.д. Это очень созвучно тому, что происходит с жилым строительством в настоящее время. Я бы сказал, что многофункциональность и комплексный подход – это одни из ключевых принципов развития города на сегодняшний день.

Дом Наркомфина

Проект многофункционального гастрономического павильона на ВДНХ

– Вы коснулись темы культурного наследия. Как Вы относитесь к переформатированию подобных объектов?

– По большому счёту, каждый памятник архитектуры можно перепрограммировать, если внимательно и бережно отнестись к истории объекта. Понятно, что проще снести, но это безответственный путь. Посмотрите, что сегодня происходит с заброшенными промышленными фабричными территориями, которые при умелой реновации превращаются в интересные пространства. Наше бюро, например, расположено в Artplay, где в прошлом был завод «Манометр».Сейчас там активно развивается креативный архитектурный кластер: реновированное пространство занимают офисы архитектурных и дизайн-бюро, школы, шоу-румы производителей и поставщиков материалов. Это не наследие, но важная часть городской истории. Похожие процессы происходят на территории Трёхгорной мануфактуры, успешную реновацию которой как раз и усложняет тот факт, что часть зданий являются памятниками архитектуры.

– А программу реновации можно отнести к позитивным изменениям?

– Об итогах говорить преждевременно. Совершенно очевидно, что в городе назрела необходимость перехода к новым форматам. Другое дело, что к таким глобальным изменениям нужно подходить аккуратно. Исторически перемены воспринимаются обществом с большой насторожённостью. А примеров качественного обновления городской ткани в истории человечества большое множество. Кто любил барона Османа с его градостроительными преобразованиями в Париже? Но в то время это было просто необходимо французской столице.

Я сам очень люблю старую Москву, но город должен создавать возможности. Важно думать о будущем.

– Какова роль архитектора в этом процессе обновления?

– Вообще, каждый человек может внести вклад в этот процесс. Например, есть позитивный опыт европейских коллег: в некоторых странах, если архитектор видит плохое благоустройство, он идёт с предложениями в муниципалитет. Это, кстати, вполне эффективная рабочая практика, в которой архитектор играет свою важную социальную роль.

Кроме того, архитектор может влиять на процессы непосредственно через свои проекты. Конечно, здесь есть определённые ограничения – пожелания заказчиков, бюджет и т.д. Но, если наладить диалог, выбрать корректные рациональные аргументы, высоки шансы быть услышанным.

Panacom

Бюро Panacom создано в 2000 году архитекторами Никитой Токаревым и Арсением Леоновичем.

В архитектуре и дизайне архитекторы бюро с легкостью оперируют разными масштабами, образами и технологиям. В портфолио PANACOM есть градостроительные концепции и городские объемы, инсталляции и арт-объекты; интерьеры общественные и жилые, всевозможные предметы в интерьере: от дверных ручек до мебели и светильников.


Основатели бюро Panacom Арсений Леонович и Никита Токарев
  

Проекты Panacom:
• Сеть коворкинг-центров «Старт»
• Павильон «Фермерия» на ВДНХ
• Интерьеры Офиса «Русского Ипотечного Банка»
• Учебные помещения Московской Архитектурной школы (МАРШ), Московской школы кино (МШК) и Британской Высшей Школы Дизайна (БВШД)
• Лофт-офис промышленной компании в Воронеже
• Частный дом-питон с бассейном
• Интерьеры жилых домов, Поздняково
• Загородные жилые дома, Московская область
• Проект фасадов жилого комплекса Роттердам
• Проект реновации вагоноремонтного завода «София»
• Проект ЖК Рафинад в Химках
• Проект ЖК «Домино»
• Жилой дом в Никольской Слободе «Пароход Иван Кузьмич»
• Проект реконструкции завода шампанских вин «Корнет», Москва, 1999
• Проект застройки площади Крестьянской заставы (конкурсный проект), 1998
• Проект реконструкции ДК горняков, г. Рудный, Казахстан, 2002
• Концепция поселка и зоны отдыха «Бухта тихая», Московская обл., 2003
• «ДОМзагородДОМ» – конкурсный проект, 2003
• Шоурум народно-художественных промыслов
• Проект поселка Воронково, Московская область, 2004
• Ресторан «Коммерсант»
• Ресторан «Трафик»
• Интерьеры офиса компании «Reemtsma»
• Интерьер магазина одежды «Седьмой континент»

Архитектурное бюро Panacom и Арсений Леонович обладатели 4 наград RED DOT DESIGN в области предметного дизайна. А также отмечены 67 премиями, в частности, DESIGN AND DESIGN INTERNATIONAL AWARD, АРХ Москва, Русский Дизайн, Зодчество, Золотое Сечение, INDUSTART, Модулор, INTERNI DESIGN AWARD, PIN WIN.

Арсений Леонович

Образование:
Московский архитектурный университет
Институт исследований жилищного строительства и городского развития (Роттердам, Нидерланды) Стажировка: 1998-1999

Опыт работы:
1998-2001 Архитекторы АСК (Москва)
архитектор
2001 г. (по настоящее время) ПАНАКОМ (Москва)
архитектор, заместитель директора

Основные конструкции:
Дизайн интерьера в доме Грубера (Москва, 1998 г.)
Интерьер офиса для компании Реемтсма (Москва, 1998 г.)
Интерьер магазина одежды «Седьмой Континент» (Москва, 2000 г.)
Дачи, (Московская область, 2000-2003)
Ресторан Коммерсантъ на Покровке (Москва, 2002)
Ресторан Трафик на улице Садовой-Кудринской (Москва, 2002)
Интерьер загородного дома (Краснодар, 2000-2003)
Интерьеры жилых домов (Московская область, г. Поздняково, 2002-2003 гг.)

Основные проекты:
проект реконструкции завода шампанских вин Корнет (Москва, 1999)
проекты застройки площади Крестьянской Заставы (конкурсный проект, 1998 г.)
проект реконструкции ДК Горнякова (Казахстан, г. Рудный, 2002 г.)
концепция поселения и зоны отдыха Тихая бухта
ДОМзагороДОМ, конкурсный проект, 2003
проект поселка Воронково (Московская область, 2004 г.)
Кухня для России, конкурс Тончелли (Италия, 2002)
дверная ручка S2 для конкурса компании [email protected] (Италия, 2004)
ковер 2×2, конкурс Carpet House (2003)

Выставки:
Идентификация Палладио, АрхМосква, 1999
С одной стороны, АртМанеж, 2000
Стекло-Текст, АртМанеж, 1999
InforMaca, АрхМосква, 2002
100% дизайн, Москва, 2004

Награды:
конкурс Кухня для России, 2 место
конкурс ДОМзагороДОМ, 3 премия
диплом за лучшую некоммерческую выставку, АрхМосква, 1999
конкурс Carpet House, 1 место

Публикации:
Примирение, Интерьер+Дизайн, 3.2003
Город в масштабе дома, Штаб-квартира, 3, 2004
Гармония контрастов, 100% загородный дом, 4, 2004
tertium non datur/ Закон исключенного третьего, Проект-Россия, 27, 2003
Архитектурная мастерская, Проект-Россия, 30, 2004

светильников VERTIGO, дизайн АРСЕНИЯ ЛЕОНОВИЧА — Подвесной светильник

светильник VERTIGO, дизайн АРСЕНИЯ ЛЕОНОВИЧА — Подвесной светильник — 3D модели

условия покупки

Если 3d модель имеет PRO-статус
  • 1.Купить PRO доступ (можно купить минимум 2 PRO)
  • 2. Скачивайте любые 3d модели в PRO-статусе, когда вам удобно

Если иконка БЕСПЛАТНАЯ или ОМ и вам не хватает 3 доступа в день
  • 1. Купить расширенный доступ БЕСПЛАТНО (от 1 до 12 месяцев)
  • 2. Скачать необходимые модели БЕСПЛАТНО в количестве до 30 моделей в день
Правила использования моделей

Дом Питонов — Шедевр Арсения Леоновича

Дом питона — шедевр Арсения Леоновича

Дом-Питон — шедевр Арсения Леоновича

Знаковый проект архитектурного бюро PANACOM — «Дом-Питон» на Новорижском шоссе.

СВЯЗАННЫЙ: Космическая одиссея Сильвио Реха + Lesley Carstens Architects

Когда архитектор работает не по принципу «что изволишь?», а имеет свое мировоззрение и философию, не каждый решится стать его заказчиком. Но если очень доверять автору, то из их союза родится выдающийся проект. Дом бюро PANACOM как раз такой случай. Клиенты – прекрасная интеллигентная семья. С бюро мы знакомы давно — построили вместе не один объект, они не боятся экспериментировать, искать что-то новое.«Это даже не заказчик, а партнер-единомышленник, — говорит архитектор Арсений Леонович. «Мы с ним по одну сторону баррикад». (Никита Токарев работал над проектом вместе с Арсением, сегодня директором и преподавателем Архитектурной школы МАРШ, а также сплоченной творческой командой.)

Image

Вертикальная труба, пронизывающая дом, украшена орнаментом из цветных ромбов: это придает интерьеру динамику. Цветовая палитра – достаточно яркая – подобрана в соответствии с темпераментом хозяев, веселых, позитивных людей.

Image

Библиотека на втором этаже. Здесь продолжается вертикальная линия камина, постепенно меняющая цвета отделки. Два дивана из серии Lady: итальянец М. Занузо разработал модель в 1951 году для Arflex. стол Бакстер.

Image

Низкий шкаф с геометрической маркетри в гостиной – ценный уникальный предмет, приписываемый диссертации П. Кирхольма в Датской школе искусств и ремесел в 1950-х годах. Лампы в виде морских ежей от испанского бренда Maciero.

Image

В обеденной зоне обращают на себя внимание винтажные люстры из хрусталя и металла.

Image

При входе есть еще один кабинет для приема гостей и посетителей. Английский торшер 80-х, датский кожаный диван и яркая абстракция художника, работающего под псевдонимом 0 x 17 (настоящее имя: Павел Соловьев)

ImageImage

Основная ванная комната. Отдельностоящая тиковая ванна Kaldewei расположена у окна. Мойка Дуравит. Смесители Axor/Hansgrohe.Отделка выполнена из мрамора Skyros Calacatta.

Image

Галерея второго уровня. Слева двери в гостевые спальни.

ImageImageImageImageImageImageImage

Гостевая ванная комната на первом этаже.

ImageImage

В окружении «итальянских» вилл и «английских» коттеджей, аккуратно расположенных по соседству, дом напоминает пришельца с другой планеты. Абсолютно асимметричный, с каждой стороны он выглядит по-разному, а со стороны фасада похож на гигантскую змею, свернувшуюся в рулон.Яркая форма – это не прихоть и не самоцель – она продиктована местом. Как камень на берегу, обдуваемый ветром и омываемый водой, постепенно обретает форму, так под влиянием местности рождается уникальный архитектурный объем. Участок имеет пятиугольную конфигурацию; рядом пруд, на который хотелось ориентировать как можно больше комнат; кругом соседи, в чью сторону, наоборот, смотреть не хотели.

Image

Лестница ведет из гостиной на второй этаж.Его основание отделано необработанным камнем. Поверхность воспринимается вызывающе тактильно в отличие от гладкого дерева и штукатурки. Комод привезли из Берлина.

«Не могло быть «куба» или чего-то столь же простого, — поясняет Арсений. — Было слишком много параметров, задающих непараллельное движение, потоки энергии. Пробив здание, они скрестились и создали намагниченные полюса, ставшие двигателями в работе над интерьером. Дом – это целый организм.Работа над фасадом и интерьером — это единый процесс, и в данном случае по независящим от нас причинам он оказался долгим. С момента создания первых эскизов прошло семь лет. Но если бы не эти годы, дом был бы другим. Мы развивались — он развивался вместе с нами».

Image

Этот уголок гостиной образуют дизайнерские шедевры: стулья Ox от датчанина Х. Вегнера (модель 1960 года была повторно запущена в производство в 1989 году фабрикой Erik Jørgensen).А также таблица американца японского происхождения И. Ногучи (1944 г.), Германа Миллера.

Каждый, кто приходит сюда, чувствует себя особенным. Хотя они не всегда могут объяснить почему, бывает сложно описать свой собственный опыт. Пространство притягивает на уровне физиологии, тактильных ощущений: «Для нас с Никитой в архитектуре и дизайне они всегда были чрезвычайно важны». К сожалению, такие проекты редкость в нашей стране. Причины объясняет Арсений: «Люди не готовы экспериментировать со своим восприятием мира и, как следствие, с формой и пространством.Они предпочитают жить, апеллируя к традициям: «Уютно, знакомо — значит красиво». Но для тех, кто мысленно свободен, модернизм становится пропуском в другой, удивительный мир». Image

Бассейн расположен на минус первом уровне и находится за периметром основного стеклянного объема санаторно-курортного комплекса. Украшение из валунов придает пространству пещерный вид. Дневной свет пробивается сквозь световые люки.

Общая площадь комплекса около 1500 кв.м. Помимо основного корпуса, на участке есть еще два – санаторный блок и корпус на входе, где расположены служебные помещения: комната охраны, квартира для прислуги и т.д.Здания натянуты на систему подземных переходов. Они придают жизни в доме мистическое очарование, а главное — облегчают жизнь. Площадь участка используется оптимально: часть помещений, среди которых бассейн и котельная, расположены на минус первом уровне.

Image

Зона отдыха в спа-блоке. Большой полукруг камина подхватывает определяющую тему проекта — геометрию. Стулья по проекту шведа А. Норелла и бразильца С. Родригеса. Диван Натуцци.

Подобно театральным художникам, архитекторы создавали сценографию для пьесы о жизни. В доме много винтажа. Предметы разных десятилетий собраны в галереях и антикварных магазинах Лондона, Ниццы, Берлина, Барселоны. У каждого предмета своя история, поэтому становится очевидным: этот интерьер сделан не по каталогу. «Западные проекты живые, жилые, с печатью личности их владельцев. Наши часто выглядят как шоу-рум», — говорит Арсений.

Image

Кухня совмещена со столовой.Г-образный остров конструкции А. Леоновича замыкает рабочую зону. Подвесной светильник над ним — еще одна работа архитектора. На стене графические работы О. Леонтьевой.

Значительную часть мебели для проектов Арсений Леонович изобретает сам. «Не всегда можно найти то, что нужно. То, что у нас есть, не встроено в архитектуру, не в масштабе или просто неудобно. Нам предстоит нарисовать мотив ткани, которую мы хотим видеть и на занавеске, и на светильниках, и на кухне — вот, например, нужна была крупная угловатая форма, мы ее специально для этого дома разработали».Дизайн — важная составляющая деятельности Арсения Леоновича, лауреата нескольких престижных премий Red Dot.

Image

Старинный индийский ковер, купленный в Лондоне.

ImageImageImageImage

Кабинет в приватной зоне обставлен винтажной мебелью из европейских галерей.

Image

Кухня по проекту Арсения Леоновича.

ImageImage

Спальня. Кровать Порада. Слева конструктивный элемент здания обыгран ритмичным декором из деревянных реек.

Image

Спальня. Кровать Порада. Слева конструктивный элемент здания обыгран ритмичным декором из деревянных реек.

ImageImageImageImageImageImage

Гардероб у входа. Из помещения есть выход в гостевой санузел.

Изображение

Задний фасад. С этой стороны, в центре, есть еще один вход в дом. На втором этаже расположены спальни: комнаты спроектированы таким образом, что из каждой открывается вид на пруд.

ImageImageImageImageImageImageImageImage

План дома со срезанными углами, по сути ромбовидными, определил основную идею — в интерьере доминирует геометрия.Дымоход камина, как цветной чулок, обтянут грубой сеткой. «Думали зашить его металлом, деревянными панелями, камнем — все было банально, вяло, а в этом доме необходимо движение. Мы с Никитой заложили с самого начала.»

Image

Арсений Леонович.

«Мода правит балом, диктует и цвет, и форму. С подиумов тренды переходят в другие сферы жизни — и архитектура не исключение. Дома, построенные десять, пять лет назад, — все несут на себе следы своего времени.»Однако талантливые авторы умеют опережать свое время (поэтому иногда их не сразу понимают).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.