Меню Закрыть

Михаил степанов фотограф – Дизайн интерьера с обложки: дача фотографа Михаила Степанова в Подмосковье

«Фотоискусству надо учиться у Рембрандта».

У Михаила Степанова достаточно редкая специализация — он один из немногих высокопрофессиональных фотографов интерьеров. Поработать с этим фотографом мирового масштаба среди именитых декораторов и архитекторов считается удачей. Elle Decoration, AD, Vogue, «Мезонин», Seasons, «Интерьер плюс Дизайн», — вот неполный перечень глянцевых изданий, где постоянно можно встретить его работы.

— Михаил, с приходом цифровой фотографии снимать стало достаточно легко. Но хороших фотографов, особенно в области профессиональной съемки интерьеров, по-прежнему можно пересчитать по пальцам. С чем это связано?


— Интерьер по-прежнему снимать весьма непросто. Здесь, конечно, нужен не только глаз художника и опыт, но и специальная дорогостоящая аппаратура. Если фэшн снимается одним-двумя объективами, а репортажи — маленькими компактными камерами, то у нас требования к фотоаппаратуре максимальные. Когда человек снимает портрет, высокая резкость ни к чему, наоборот, поры и изъяны на лице надо убирать с помощью софт-технологий. А при съемке интерьеров все должно «звенеть» от резкости — фактура мебели, драпировок, тканей, разнообразные мелкие детали на заднем плане, и т. д. Поэтому интерьерному фотографу не обойтись без больших и очень дорогих камер, кучи объективов. На съемках я использую камеры с размером кадра 6×4,5 см, 6×7 см, а иногда карданную камеру 9×12, не считая измерительной и осветительной аппаратуры. Что же касается настоящих профессионалов, то, как и в любой другой области искусства — в живописи, музыке, например, — в фотографии единовременно появляется всего несколько человек, которые могут творить на высоком уровне. В России среди профессионалов архитектурной фотографии выделяются Зинур Разутдинов, Дмитрий Лившиц, Кирилл Овчинников, Алексей Князев. К сожалению, дилетантов больше. Как, впрочем, и в других областях творчества. Каждая гламурная дама считает своим долгом написать книгу, тогда как настоящих писателей все равно максимум пять. На художественных выставках царит какая-то некрофилия, педофилия либо эротические символы трехметровые — все в шоке, а содержания ноль. Поскольку я по профессии художник, то часто пользуюсь способом, которому меня научил мой учитель живописи. Чтобы понять, что такое ты сотворил, надо повесить рядом со своим нетленным шедевром репродукцию Рембрандта, и сразу все встанет на свои места! Этот метод можно рекомендовать к использованию всем деятелям современного искусства…

— Любопытно, действительно стоит попробовать. А почему вас, как художника, прельстила именно интерьерная фотография?

— Во-первых, мне это близко; во-вторых, у меня это получается; в-третьих — стечение обстоятельств. Получается — потому что изначально я художник, а фотограф обязан быть художником. Очень много начинающих фотографов уверены, что фотография — вещь техническая, но это абсолютно не так. Снимает не фотоаппарат, а фотограф, и в решающий момент техника остается на заднем плане. Разумеется, для съемки интерьеров качество техники важно. Но, были времена, когда у меня, кроме широкопленочного фотоаппарата «Киев» и двух осветительных приборов б/у, ничего не было, а хорошо снимать все равно удавалось. И тогда меня и пригласили в архитектурный журнал Salon, только появившийся на нашем рынке. Я начал для него снимать без всякой подготовки. Затем стали появляться другие журналы — «Мезонин», «Интерьер плюс дизайн», Elle Decor, и пошло-поехало. Сейчас у меня появилось много частных клиентов — это в основном архитекторы, дизайнеры, декораторы. Они, сделав интерьер, обращаются либо в журнал, который им нравится, либо напрямую ко мне, и мы едем снимать. Работы очень много, последние 15 лет для журналов и архитекторов я снимаю в основном частные интерьеры — это квартиры, загородные дома и сады.

— В чем вообще специфика жанра? Что характеризует профессионала в этом направлении?


— Жанр интерьерной фотографии очень необычен тем, что создает портрет человека через предметы и архитектуру, которые его окружают. Это как, например, тоталитарная сталинская архитектура дает представление о тиранической личности Сталина. Или Версальские сады и Малый Трианон говорят о любви к грандиозной роскоши и развлечениям короля-Солнца.
А профессионала в любом жанре фотоискусства характеризует одна вещь — и это отнюдь не умопомрачительные снимки, у любителя они тоже порой случаются. Профессионала характеризует такая черта, как надежность. У него никогда не сломается камера, кадры не пересветятся, он никуда не опоздает и принесет, безусловно, качественный результат. Возможно это будет не шедевр, призванный перевернуть представление о прекрасном, но уровень его работы гарантированно будет очень высок.

— На что обращаете внимание в первую очередь, приступая к съемке нового интерьера?


— Самое главное — не испортить то, что сделал архитектор, не вмешиваться в его творческий замысел. При этом постараться снять объект так, чтобы он выглядел привлекательней, чем есть на самом деле. Технический свет для съемки в кадре должен быть незаметен — ведь нужное освещение уже спланировано архитектором! С какой стати я должен его перебивать, внося свои световые решения? Это неправильно. Я не пользуюсь вспышками, на съемки беру с собой металлогалогеновые лампы — такие же, как используются в кино. Однако очень многое зависит от качества самого интерьера. И когда надо снимать совсем слабые интерьеры, то их приходится как-то «вытягивать». Тогда начинаешь что-то придумывать, химичить — съемкой, ракурсами, светом, передвигая мебель, иной раз меняешь все до неузнаваемости! В результате, в посредственной квартире сто квадратных метров можно просидеть до ночи, сделав 10–15 кадров. А высококлассный интерьер в каком-нибудь огромном замке — в Шотландии или Франции, например, где мне много доводилось работать, — снять за два часа. Не так давно в Нормандии я снимал удивительный замок знаменитого декоратора Жака Гарсии — два с половиной часа ушло на эту съемку. А фотографий хватило на три публикации.

— Где больше интересных объектов — в России или за рубежом?


— В Европе фактически ничего нового не строится. Дизайнеры и архитекторы бедствуют. Да и заказчики — все, как на подбор, экономные любители старины. Прежнее сломать и новое построить — там такого нет, там плесень покрывают лачком, чтобы она не отвалилась, потому что это красиво. У нас же все по-другому, все вокруг превратилось в одну большую стройку. Западные архитекторы и декораторы считают за счастье поработать в России. Недавно ко мне приезжал друг — будучи довольно известным немецким архитектором, он откровенно рассказывал, что готов и за тысячу евро в месяц работать, все что угодно проектировать, потому что работы нет. А в России одних только журналов, связанных с дизайном и интерьерами, около 50! В лучших из них в каждом номере обязательно публикуются две российские съемки, что составляет в месяц минимум десять супер-интерьеров. У нас безумное количество работы, архитекторы живут прекрасно — и даже довольно слабые представители этой профессии имеют заказы на производство около десяти интерьеров одновременно.

— Вы сотрудничаете с французскими Elle Decor, Maison Francaise. Востребованы ли в принципе наши фотографы на Западе?


— Съемки для зарубежных изданий случаются нечасто. Например, Elle Decor выходит во Франции, Англии, Германии, Испании, Китае — он есть практически в каждой стране. В этих странах есть свои прекрасные фотографы. Конечно это абсурд, если французский Elle Decor пригласит английского или немецкого фотографа, а английский — французского или испанского. Зачем? У них тоже есть свой пяток талантов. Каким же образом туда попал я? Дело в том, что мне довольно часто приходится ездить в Европу снимать интерьеры для наших журналов. И если получается снять известный интерьер лучше, чем его снимали до меня фотографы местного разлива, то архитектор вполне заинтересован в дальнейшей совместной работе и приглашает фотографировать другие свои объекты.

— Что сейчас модно снимать? Появляются ли новые направления, веяния в жанре интерьерной фотографии?


— Мода меняется постоянно, вместе с модой на интерьеры. На смену минимализму, хай-теку приходит эклектика, старая добрая классика. Сейчас уже надоели геометрические упрощенные формы, отсутствие ярких цветов, пустота — недавно это было модно и статусно, но на деле приемлемо лишь для того, чтобы гостей удивить. А жить в этом неуютно и депрессивно. Забавно, что минимализм возник после Первой мировой войны, когда народ обнищал, и денег на декоративные излишества ни у кого не было. То есть это был стиль для бедных, который в наше время парадоксально превратился в статусный бренд. Что самое интересное, резной стул из ценных пород дерева, требующий кучи работы, может стоять дешевле, чем стул примитивной формы из металла или пластика! Полный бред! Притом, что это неудобно и некрасиво. Так что будущее за классикой.

— Чем российская фотография отличается от западной?


— В первую очередь несравнимо более богатой материальной базой. Затем школой, которая у нас до недавнего времени отсутствовала вообще, а сейчас появляются первые попытки организовать обучение фотографии интерьера. В частности, я читаю лекции по организации съемок для будущих декораторов в школе-студии «Детали». Но мы развиваемся семимильными шагами, и уже сейчас, по большому счету, снимаем не хуже западных фотографов. А иной раз и лучше. Но только стесняемся себе в этом признаться, мы вообще стесняемся. Российского человека — как бы он ни был хорошо одет, какой бы он ни был богемный — за границей видно сразу, сколько бы лет он там не прожил. Но если будучи в Европе, ты в незнакомце вдруг признаешь земляка, то люди очень смущаются. А что плохого в том, что ты русский? Сидишь иной раз с такими в кафе за одним столиком, и как только в тебе распознают соотечественника, сразу начинают говорить на иностранном языке или шепотом, чтобы сойти за иностранцев. Англичане не стесняются того, что они англичане, французы почему-то даже гордятся. А мы все пытаемся жить по-другому, подражать… Это смешно и глупо! Мало того, что половину всех великих изобретений сделали русские, современная художественная культура полностью выросла из русского авангарда — Малевича, Родченко, Стравинского…

— Расскажите о каких-нибудь объектах съемки, какой интерьер на вас произвел неизгладимое впечатление?


— Удивить меня сложно: за 15 лет мне довелось повидать множество и наших, и западных интерьеров. Но каждый раз отмечаю легкость, с которой западные архитекторы создают свои проекты. Они родились и выросли в странах, где быт не был разрушен бесконечными войнами, революциями и коммунизмом. Они с детства дышали воздухом Версаля, гоняли голубей на площади Сан-Марко. Впитывая все самое лучшее с детства, свою работу они довольно органично делают одной левой ногой. Я недавно снимал на Сардинии. Гостиница, в которой я жил, была весьма удачно построена в модном классическом ключе «под старину», стены покрашены в стиле «обшарпе». И было очевидно, что маляр, который их красил, делал это виртуозно и быстро — наверное, по 3–4 номера в день. У нас же такого рода творчеством занимаются художники, а не маляры, мучительно, месяцами разрисовывая стены. Нашим дизайнерам объективно трудно — почти полностью уничтоженное историческое и художественное прошлое (а ведь Петербургский двор был самым роскошным европейским двором до революции), потом десятилетия советской власти… и мы даже в третьем поколении не можем справиться с последствиями этого 90-летнего голода по прекрасному. Но радует то, что учимся очень быстро, и у нас прекрасно все получается.

— Сколько стоит день работы интерьерного фотографа?


— По-разному — в среднем от 200 до 2000 долларов, в зависимости от сложности поставленной задачи. При этом, повторюсь, фотограф должен постараться сделать интерьер эффектней, чем он выглядит на самом деле. Если он его снял хуже, то можно не платить! Тот же принцип работает и при съемке людей — если из вас сделали урода или сняли, подчеркнув недостатки — в шею надо гнать такого фотографа.

— Кризис как-то повлиял на сферу интерьерной фотографии, объем работы сократился?


— Журналы закрываются, сокращают бюджеты, народ увольняют, естественно и гонорары фотографам сокращают. Проблемы есть, но я не думаю, что стоит отчаиваться. На самом деле, гораздо драматичней кризис духовный, который, безусловно, является здесь первопричиной. О духовном кризисе не принято говорить в прессе, но о нем говорит все современное искусство. Будем надеяться, что то, что сейчас происходит в экономическом мире — процесс очистительный, это нас как-то встряхнет и заставит задуматься о главном. И это очищение коснется и сферы искусства, оздоровит его, сделает более ответственным и позитивным.

_______________________

Читайте также:

Лев Мелихов фотопроект: Знаковые фигуры моей эпохи.

Оксана (Жаринова) Космодамианская фотопроект: «Воплощаю надежды и мечты».

rosphoto.com

Лучшие интерьерные фотографы России | ELLE Decoration

Михаил Лоскутов

Что привело в профессию?

Я получил высшее инженерно-техническое образование, тогда же мне в руки попала камера отца. Увлекся, занялся творческой и коммерческой фотографией. Спустя восемь лет уже достаточно хорошо освоил технические навыки съемки и понял, что больше всего мне нравится работать с пространством. Последние два с половиной года снимаю только интерьеры. Это мое на все 100%!

Что вдохновляет?

Вдохновляют совершенно разные по стилю проекты. Больше всего люблю совместную работу с талантливыми дизайнерами и архитекторами, особенно когда мы на одной волне.

Кто вдохновляет? Есть ли кумиры среди звезд мировой интерьерной фотографии?

Я постоянно изучаю новые методы и стили съемки, учусь у зарубежных фотографов. Несмотря на полную занятость, никогда не отказывался выступить в роли ассистента звездам интерьерной фотографии. Неоднократно доводилось работать с такими мэтрами, как Стефан Жульяр, Джорджо Поссенти, Николя Маттеус (за что благодарю редакцию ELLE DECORATION).

Чего никогда не увидишь у вас в кадре?

В моих работах никогда нельзя увидеть меня самого! Именно поэтому я иногда снимаю себя в процессе постановки кадра.

Пять лайфхаков интерьерной съемки от Михаила Лоскутова:

  1. Чтобы максимально точно передать цвет и свет интерьера, я использую самые технологичные камеры и объективы. Мне важно понимать, что я добьюсь максимального качества.
  2. Одно из последних удобных нововведений — это прямая трансляция изображения с видоискателя камеры на iPad, что позволяет поправлять предметы в кадре в режиме реального времени.
  3. Помнить о том, что успех съемки зависит от огромного количества деталей, соединенных воедино.
  4. Любить свое дело!
  5. И самое главное — не торопиться.

Михаил Лоскутов: www.mloskutov.com, @loskutoff

Сергей Ананьев

Что привело в профессию?

У меня высшее художественное образование по специальности художник лаковой миниатюры. Всегда любил фотографировать, а интерьеры начал снимать по рекомендации знакомого архитектора.

Какие интерьеры больше всего нравится снимать и на какую камеру?

Люблю снимать любые пространства, в любой стилистике. Снимаю на карданную камеру с цифровым задником.

У кого учились? На работы кого из мировых звезд интерьерной фотосъемки ориентируетесь?

Ни у кого конкретно не учился, много смотрел и изучал съемки известных отечественных и зарубежных коллег.

Первый опыт интерьерной съемки?

Это было очень давно, в 2005 году. Была съемка небольшой квартиры, которую в итоге опубликовали.

Случались ли курьезные истории на съемках?

Чаще всего курьезы происходят с участием домашних животных. Например, кот, который хотел попасть в каждый кадр, или кот, слопавший съедобный декор на столе.

Чего никогда не увидишь у вас в кадре?

Несовершенства.

Пять лайфхаков интерьерной съемки от Сергея Ананьева:

  1. Позитивный настрой.
  2. Работа в команде с дизайнером и стилистом.
  3. Съемка только с естественным освещением.
  4. Не использовать объективы с очень широким углом.
  5. Тилт-шифт объективы и среднеформатная цифровая камера.

Сергей Ананьев: www.sergeyananiev.ru, @sergeyananiev

Кирилл Овчинников

Что привело в профессию?

Когда я стал осознавать себя разумным существом, я уже знал, что никогда не буду бухгалтером или поваром. Я был уверен, что я — художник и должен рисовать. Мама говорила, что, будучи беременной мной, часами ходила по музеям и выставкам. Особенно ей нравились импрессионисты. Видимо, это и определило мое будущее: художественное, но совершенно лишенное четкости. Еще я, конечно, хотел быть рыцарем, но не нашел такой роли, к тому же меня выгнали из театральной студии. Так я стал художником. Или, вернее, им остался, несмотря на попытки сопротивляться, учить историю, продавать кроссовки на рынке, лепить керамику, даже писать статьи… Ни художественная школа, ни армия, ни худграф пединститута не отбили у меня это желание. Я с азартом плодил холсты, даже участвовал во всероссийских выставках. Пока не пришла перестройка. А фотографом я стал от лени. Картины писать долго, а фото — нажал на кнопку, и готово. Только проявить. К тому же современных импрессионистов не понимали и гнобили, а превозносили концептуальное и четкое искусство, к чему я оказался не способен. В фотографии четкость достигается с помощью камеры, я тут не при чем. По мне, так все было бы нерезко. Когда я впервые увидел камеру большого формата, залез под черную тряпку и увидел перевернутое изображение, наполовину нерезкое, я понял — это мое. Собственно, в тот день одна уже известная архитектурная фотографиня взяла меня помочь кофры поносить. Чем и нарушила ход истории, своей и моей жизни. От нее я узнал азы архитектурной фотографии, остальное оказалось прочно вмонтировано в мое художественное сознание. Своими учителями я считаю Рембрандта, Ван Гога и Врубеля, но хотелось бы быть Огюстом Ренуаром и в старости писать юных дев в тени платанов. Уволившись из одного журнала, где я уже метил на место главного редактора, я купил Пентакс 67 со штатным объективом и решил снимать. Издатель меня проклял и пообещал, что я всю жизнь буду бегать с камерой и никогда не стану человеком. Проклятие сбылось. Как-то известной фотографине нездоровилось, и Почечуева (первый главред ЕLLЕ DЕСОRАТIОN) доверила мне срочную и ответственную сьемку. На первой же съемке я чуть не набил морду архитектору (он мне стал кадр выстраивать, а я не разобрался, кто он), он сбежал, нажаловался Почечуевой, мое реноме было испорчено, и меня отлучили от съемок почти на год. Я снимал портреты дизайнеров для интерьерных журналов, снимал разные рубрики типа «Флора» в «Салон Интериор». Там мой штатный объектив с красивым рисунком нерезкости был очень кстати. Нерезкостью я пользовался все время, снимая на полностью открытой дырке. За что получил прозвище: фотограф «резко-нерезко»… «А можешь снять, так вот, «резко-нерезко», — говорили мне иногда, когда хотели чего-то эдакого. Потом я купил еще объективов, нерезкость вошла в моду, кончилась моя опала, и я влился в цех.

Пять лайфхаков интерьерной съемки от Кирилла Овчинникова:

  1. Если кто-то пришел на съемку и лезет в камеру, сначала выясни, кто это, не посылай сразу.
  2. Архитектор, может, поседел на этом объекте, твое дело — соединить его работу и работу света. А место последнее. Самовыражайся на улице.
  3. Фронтальный кадр всегда лучше ракурса.
  4. Чем уже угол, в который умещается все, что нужно, тем лучше.
  5. В каждом кадре должен быть четкий смысл.

Кирилл Овчинников: www.kirillovchinnikov.com

Евгений Кулибаба

Что привело в профессию?

По образованию я инженер-конструктор. Фотография была увлечением и в какой-то момент стала работой. Профессиональный курс в фотоакадемии, а также курс «Методологии создания художественных образов» я окончил в середине 2000-х, уже имея публикации в большинстве интерьерных журналов.

Какие интерьеры больше всего нравится снимать, на какую камеру?

Люблю все объекты, которые снимал. В жизни предпочитаю современную стилистику. На профессиональную цифровую камеру я начал снимать в 2001 году, но еще до 2008–2009 года пользовался среднеформатными пленочными камерами Mamiya. Потом были все от Canon 5D до Canon 5D mark IV. Сейчас Fujifilm GFX 50s.

Кто вдохновляет? Есть ли кумиры среди звезд мировой интерьерной фотографии?

Стараюсь просматривать съемки разных фотографов в журналах и книгах по интерьерам, чтобы понимать, что актуально сейчас, что сиюминутно, что останется вне времени. А вдохновляюсь скорее кинематографом, работы многих великих режиссеров очень «фотографичны».

Первый опыт интерьерной съемки?

Небольшие съемки на три-пять кадров я начал делать в 2001 году. Первая большая подробная съемка была в 2002 году — шоу-рум Bos Bison на Малой Никитской. Этот интерьер, как и некоторые другие, уже не существует, но остался на моих фото.

Случались ли курьезы на съемках?

Часто курьезные ситуации связаны с разбитым декором, загорающимися вспышками и водой, льющейся из душа на фотооборудование. К счастью, такие ситуации с опытом происходят крайне редко.

Чего никогда не увидишь у вас в кадре?

Никогда не говори никогда. Одно фото может быть аскетичным. Другое, наоборот, перегруженным деталями и подчеркнуто пресыщенным.

Пять лайфхаков интерьерной съемки от Евгения Кулибабы:

Все очень просто:

  1. Снимать с интересом и уважением к объекту, это залог хорошей съемки.
  2. Держать камеру прямо, чтобы не заваливать вертикали.
  3. Пользоваться законами композиции и перспективы, в фотографии они такие же, как в живописи.
  4. Использовать невысокие точки 120-130 см и оптику с нормальным углом зрения, чтобы избежать искажений пространства.
  5. Снимать с дневным естественным светом из окон.

Евгений Кулибаба: www.e-kulibaba.ru, @evgeniikulibaba

Михаил Степанов

Что привело в профессию?

По образованию я график и писал себе спокойно картины, как вдруг случись мне купить хороший фотоаппарат — и я стал фотографировать все, что казалось мне красивым: людей, мосты, натюрморты. Как-то незаметно стал внештатным фотографом в нескольких журналах. А потом мне неожиданно предложили сделать интерьерную съемку, и это получилось так удачно и так мне понравилось, что я стал постоянно сотрудничать с лучшими архитектурными журналами страны, чем очень доволен!

Какие интерьеры больше всего нравится снимать, на какую камеру?

Мне нравится снимать как модернистские интерьеры, так и классические — лишь бы сделаны были профессионально, а с этим мне, к счастью, везет.

Снимать удобно на широкоформатную Fuji, боевой товарищ Canon 5D дает очень неплохую картинку, изредка в ход идет маленькая Sony (мало ли какие бывают погодные условия).

Кого из мастеров интерьерной фотографии можете назвать своими учителями?

Я так давно работаю (примерно столько, сколько существует интерьерный дизайн у нас в стране), что учился, кажется, сам у себя. Конечно, это шутка. Если серьезно, я не выделяю для себя особых имен в архитектурной фотографии, моими авторитетами были фотографы, скажем так, широкого профиля. Такие как Анри Картье-Брессон. Однако я всегда внимательно следил и слежу за всем красивым, что делают мои коллеги по цеху, и постоянно учусь.

Первый опыт интерьерной съемки?

Состоялся, когда я уже снимал репортажи для журналов. Напомню, что это был примерно каменно-угольный период, еще до цифровых камер, и журнал по интерьерам был всего один — Salon. Мне позвонила подруга-архитектор и спросила, смогу ли я снять квартиру. Я взял широкоформатный фотоаппарат Mamiya, одолжил у знакомого фотографа осветительные приборы и отправился на съемку — это была полная авантюра. Но, что удивительно, получилось все вполне удачно, съемку взяли в журнал, и, больше того, меня стали постоянно приглашать снимать интерьеры.

Случались ли курьезные истории на съемках?

Отель The Ritz-Carlton, Moscow проводил закрытый конкурс на съемку своего бесподобного СПА. Я поднапрягся, выслал портфолио отснятых мной отелей и выиграл конкурс. Но оказалось, что это было только начало испытаний. СПА открывался в полдень, поэтому половину съемки надо было сделать с утра и очень быстро. Насчет скорости я не сомневался, потому что знал, что точно делаю быстро три вещи: ем, хожу по музеям и фотографирую. А вот насчет лечь попозже и встать пораньше я как-то сомневался.

Таким образом, в отель на Тверской я вбежал без чего-то восемь утра, взъерошенный. Кратко прочитал себе лекцию о том, как снимать невыспавшимся. Терпеливо объяснил себе, как не заснуть в этом погрузившемся в полумрак помещении СПА, полном расслабляющих ароматов. Сумел уговорить себя не заползти тут же на одну из мягчайших массажных кушеток и не задремать там, причмокивая. Запретил себе нырять в волшебный голубой бассейн. Под конец, когда я уже почти побеждал искушение ритцевским душем, похожим на теплый тропический ливень, — часы ударили 12 дня, чары рассеялись, и в СПА пришли жаждущие посетители. Первая часть съемки закончилась. Но это была только первая часть. Вторая схватка с роскошным Ritz ждала меня ночью, когда весь отель погрузится во тьму. Зато это будет ночь, а ночь — уже мое время.

Чего никогда не увидишь у вас в кадре?

1. Черной дыры. По той простой причине, что черную дыру в принципе нельзя сфотографировать.

2. Каши. Каша полезна для здоровья, но в кадре все должно быть четко выстроено. Даже художественный беспорядок.

Пять лайфхаков интерьерной съемки от Михаила Степанова:

  1. Дизайнер хочет дождаться солнца, а в день съемки, ужас, идет дождь.  — Ну и хорошо. Объясните дизайнеру, что ровное освещение наиболее благоприятно для фотографирования. А вот солнце часто дает ненужные пятна и привносит неразбериху в картинку.
  2. Архитектор/дизайнер/стилист/хозяйка/ домработница нервничает. — Есть универсальная фраза, которую я говорю в таких случаях: «Не волнуйтесь, теперь все будет хорошо — приехал специалист из Москвы!» Не знаю почему, но все сразу успокаиваются.
  3. Дизайнер волновался и пригласил флориста, флорист тоже волновался и на всякий случай сделал огромный букет-корабль, место которому в холле отеля Ритц. Он занимает собой полкомнаты. — Фотограф, без паники! Не трать время на пустые объяснения, к тому же ты всех расстроишь. Просто предложи сделать два кадра — с кораблем и без него. В готовой съемке все сразу будет видно.
  4. Дизайнер/стилист устали к концу съемки и упорно ставят предметы неправильно, объяснить не получается. — Лайфхак: поймать момент, когда все отвернутся, метнуться в кадр, подвинуть что надо, чтобы было хорошо, вернуться на место — никто ничего не заметит. Когда все хорошо, люди этого не замечают.
  5. Фотограф со своим большим фотоаппаратом отражается в глянцевой дверце кухонного шкафчика. — Можно, конечно, аккуратно затереть в фотошопе, а можно чуть-чуть изменить угол поворота дверцы, что-нибудь подложив под нее, — и вы уже не в кадре!

Михаил Степанов: @m_stepanovfoto

Сергей Красюк

Что привело в профессию?

У меня техническое инженерное образование, окончил автотранспортный факультет красноярского технического института. Около пяти лет работал по специальности, но это было скучно, и параллельно я увлекся фотографией — модельные съемки и фэшн. Чтобы развиваться в фотографии, переехал в Москву. В 27 лет решил уволиться с работы по специальности и посвятить себя фотографии. Ради заработка стал снимать не только портреты, но и все, что попадалось. Случайно сделал несколько интерьерных съемок, мне понравилось, и результат был очень хороший для первого раза. Дальше стал развиваться только в этом направлении.

Какие интерьеры больше всего любите снимать, на какую камеру?

Я снимаю на среднеформатную камеру Hasselblad h5d50. Люблю снимать полностью законченные, хорошо продуманные интерьеры с историей и идеей, когда все на своих местах и интерьер становится гармоничным продолжением архитектуры пространства. Стиль не так важен, это может быть и палаццо в Италии, и минималистские апартаменты в Москве.

Кто вдохновляет? Есть ли кумиры среди звезд мировой интерьерной фотографии?

Стефан Жульяр, Саймон Аптон, Джорджо Поссенти.

Первый опыт интерьерной съемки?

Мой первый опыт достаточно скучен и неинтересен, я снимал дом престарелых.

Случались ли курьезы на съемках?

Несколько раз из-за недопонимания между дизайнером и хозяином интерьера съемочную команду буквально выгоняли со съемки, но это вряд ли можно назвать курьезом.

Чего никогда не увидишь у вас в кадре?

Ограничения не для меня. Но моих фотографиях можно увидеть все — и людей, и животных, и кондиционер, и розетки. Главное — чтобы все было уместно. Но вот что объединяет все мои фотографии — это воздух и гармоничная композиция, стараюсь, чтобы на моих фотографиях было ощущение воздушного и гармоничного пространства.

Пять лайфхаков интерьерной съемки от Сергея Красюка:

Если вы дизайнер, то все просто — работайте с профессиональными фотографами и стилистами, и тогда ваш интерьер на снимках будет выглядеть лучшим образом. Если вы фотограф:

  1. Снимайте интересный интерьер, используйте необходимый стайлинг и не забудьте об истории в кадре.
  2. Используйте естественный свет (светотеневой рисунок).
  3. Не допускайте перспективных искажений и визуального мусора в кадре.
  4. Всегда помните о композиции, она должна быть гармоничной.
  5. Делайте правильную цветокоррекцию (отсутствие отвлекающих рефлексов, паразитных оттенков)  

Сергей Красюк: www.sergeykrasyuk.com, @skrasyuk

www.elledecoration.ru

Дача в Подмосковье фотографа Михаила Степанова • Интерьер+Дизайн

Дом фотографа Михаила Степанова стоит в стародачном поселке Клязьма, где сохранилось несколько дач по проекту архитектора Кекушева. Светлый, просторный, с панорамными окнами он наполнен вещами с историей и создан во вкусе хозяев. 

По теме: Алексей Дунаев: дом с искусством под Тарусой

С самого начала Михаил и его жена Ольга решили, что интерьеры будут исполнены в белом цвете, а окна непременно — большими. Фасад отделан штукатуркой, внутри — дерево.

Он купил участок десять лет назад, когда мечтал переехать за город. На нем уже стоял дом с небольшой баней в подвале. Вместе с Ольгой, они затеяли проект, который за шесть лет, постепенно превратился в большой красивый свой семейный дом. 

На первом этаже расположились две гостиные, первая просторная с выходом в сад и вторая поменьше с собственным камином. Нашлось место и бане, из-за которой все затевалось — спроектировали ее таким образом, что компактное помещение отапливается от камина в малой гостиной. 

На участке также находится старый дом, в котором находится кухня. Хозяева не стали переносить ее в новое пространство, но организовали в большой гостиной место для чаепитий. На втором этаже оборудовали спальню и кабинет с библиотекой и гамаком. 

Многие предметы в доме Михаил сделал сам: он сам мастерит, восстанавливает и переделывает, иногда тратя на это целые годы. Например, стеллажи для книг в кабинете или журнальные столики в гостиной. Примечательный объект в гостиной — винтажное отреставрированное кресло the.DOT.home с авторской вышивкой Татьяны Подуфаловой. Рабочий стол и стул достались от бабушки, резное зеркало XVIII века подарил друг. В каждой комнате — килим.

Михаил СтепановФотограф

Еще одно увлечение — поиск вещей с блошиных рынков. Среди таких находок — стулья Thonet, скамья XIX века, люстра и настольная лампа в кабинете. «Блошиный рынок для меня — как для рыбака рыбалка, или  для охотника охота. Найти что-то стоящее, из пустяковой вещи сделать шедевр  собственными руками — настоящий кайф», — говорит Степанов. 

Но образ был бы неполон без глубоких тонких фотографий и картин Михаила Степанова и сада, который бережно растит ландшафтный архитектор Ольга Степанова. 

Ольга СтепановаЛандшафтный дизайнер

www.interior.ru

Снято: дизайнер, фотограф и стилист о своей роли в съемке интерьера

Сдать качественный проект это для дизайнера только половина дела. Важно грамотно представить его широкой аудитории, и здесь уже не обойтись без работы фотографа и стилиста. Что нужно, чтобы интерьер попал на обложку, как подобрать предметы, которые смогут вдохнуть жизнь в нежилое пространство, и как снять интерьер так, чтобы получился портрет его владельца, рассказывают дизайнер Ольга Эшби, фотограф Михаил Степанов и стилист Юлия Чеботарь.

Ольга ЭшбиДизайнер интерьеров

Я приглашаю фотографа для съемки примерно 70% своих интерьеров. Не всех, потому что какие-то проекты остаются недокомплектованными, а иногда против съемки выступают и сами заказчики (в большинстве случаев, впрочем, они очень рады увидеть свой интерьер в журнале).

Интерьерная фотография существенно отличается от дизайна интерьера, и опыт фотографа здесь очень важен. В среднем дизайнер снимает два-три проекта в год, а интерьерный фотограф – до сотни. Его насмотренность и умение выбрать кадр очень важны в съемке: хороший фотограф покажет пространство в самом выгодном свете, найдет для этого наиболее интересные ракурсы. В Москве я работаю с Сергеем Ананьевым – наши представления о красоте совпадают. Быть на одной волне с фотографом и стилистом вообще очень важно. Если вы плохо подобрали команду, работа будет насмарку.

Выбрать фотографа несложно, достаточно посмотреть его работы: как он строит композицию, как работает со светом. Если снимки выложены в общий доступ, он готов их показывать, значит и готов за них отвечать. Хорошие работы видно сразу, и их ни за что не перепутаешь с неудачными. Вместе с тем, российские и зарубежные фотографы снимают по-разному. Это, в первую очередь, продиктовано политикой изданий: в русский Elle Decoration, например, не берут разные ракурсы одного и того же пространства.

Только фотограф знает, как нужно снять интерьер, чтобы он оказался на обложке журнала. Съемка сильно отличается от реальной жизни, поэтому в угоду картинке будет передвигаться мебель, меняться местами предметы, но в итоге изображение пространства будет выглядеть еще интереснее, чем сам интерьер. В последнее время, правда, интерьерные журналы взяли в привычку ставить на обложку фотографии с изображениями животных или предметами искусства, особенно провокационного – это общий тренд. Издания высокого уровня любят показывать не слишком комфортный интерьер, что-то необычное, то, что выходит за грань привычного представления о комфорте.

Если вы сделали действительно хороший проект, не экономьте на фотографах: пусть его снимут сразу несколько профессионалов – больше шанс, что интерьер окажется на обложке.

Автор проекта: Ольга Эшби, фотограф: Сергей Ананьев

Михаил Степановфотограф архитектуры и интерьеров

Задача интерьерного фотографа – не просто сделать съемку пространства, но ясно выявить его особенные черты, показать его психологию, его драматургию. Фотограф – это не столько документалист, сколько художник, проникающий в суть вещей. Это не означает, что аппаратура не важна, ведь в кадре все должно «звенеть» от резкости: фактуры, драпировки, детали. Однако решающим фактором при передачи атмосферы интерьера становится, конечно, не марка камеры и объектива, но искусство фотографа, способность уловить главное в замысле архитектора. Если это происходит, то возникает чудо синергии усилий того и другого, и на снимке интерьер начинает играть новыми красками и выглядит даже эффектней и рельефней, чем в жизни.

Прекрасно, когда дизайн интерьера на высоте, но так бывает не всегда, а задача профессионала – снять так, чтобы все выглядело наиболее выигрышным образом. В таких случаях приходится поработать: переставлять мебель, искать ракурсы, свет – иногда менять все практически до неузнаваемости! Оживить кадр обычно помогают аксессуары: книги, художественные альбомы, букеты цветов, фрукты в вазе. Они делают пространство более жизнерадостным и обжитым. Свет в кадре должен быть натуральным, естественным. И если приходится по техническим причинам где-то добавлять искусственную подсветку, то это не должно быть заметно. Кроме того, фотограф не может вмешиваться в световой сценарий архитектора, и опять-таки – если вмешаться все-таки необходимо, его работа со светом не должна бросаться в глаза.

Профессионализм фотографа заключается в стабильном и высоком качестве съемки, в способности к коммуникации с авторами проектов. Красивые снимки от понимающего фотографа – разве не об этом мечтает каждый архитектор?

Автор проекта: Ab Architects, фотограф: Михаил Степанов

Юлия ЧеботарьСтилист интерьеров

Основная роль стилиста интерьеров – оживление пространства, создание истории. Интерьер это ведь не только виртуозно подобранные материалы и мебель, но и история, ощущения, который человек получает, заказав работу определенного дизайнера. Чтобы передать эти ощущения на фотографии, и нужен стилист.

Происходит это так: сначала мы знакомимся с дизайнером, смотрим объект. Камера видит пространство по-своему, совсем не так, как видит его человеческий глаз, и к этому нужно быть готовым. Конечно, смотреть объект лучше всего вживую, но так выходит не всегда, и иногда ориентироваться приходится только на фотографии и комментарии дизайнера. Вместе мы придумываем историю, и уже под нее я выбираю цветы, фрукты, мелкие предметы декора, а иногда и мебели. Если объект жилой, какие-то вещи, скорее всего придется убрать, другие – передвинуть. Во время съемок стилист может менять местами все, что угодно, от книг и посуды на полках, до столов и кресел. С другой стороны, бывает, объект нужно снимать срочно, а в нем еще никто не живет. В этом случае важно вдохнуть в него жизнь. В день съемок я готовлю объект для фотографа, расставляю цветы и декор, рассказываю, какая будет история, и вместе мы выстраиваем кадр.

Я всегда очень внимательно отношусь к работе дизайнера, понимаю, что созданный интерьер для него все равно что ребенок. Раскрыть задумку дизайнера – моя основная задача. Последний тренд в этой сфере – много активной зелени в интерьере: скромные букеты сейчас меняют на раскидистые ветки, и выглядит это очень красиво. Я слежу за тенденциями в своих любимых журналах, например, Veranda, покупаю альбому по дизайну интерьеров, а что-то нахожу в instagram. Предугадать, какой из интерьеров потом попадет на обложку журнала, теоретически можно, но выбор все равно всегда остается за редакцией.

design-mate.ru

Дача фотографа Михаила Степанова в Подмосковье

 

Фотограф Михаил Степанов хотел построить новую баню на своей подмосковной даче, а в итоге возвел дом своей мечты.

Фотограф Михаил Степанов знаком читателям AD с момента появления журнала в России в 2002 году. Все это время его съемки регулярно появлялись на наших страницах. Конечно же, человек, в объектив которого попадали сотни самых красивых домов и квартир, не может жить в обычном интерьере.

 

Михаил и Ольга Степановы.

Десять лет назад Степанов решил переехать за город и купил участок в поселке Клязьма, образованном в середине XIX века. Он рассказывает: “После отмены крепостного права крестьянам раздали землю на этом месте. Крестьяне были просвещенные, взяли займы в банке и построили на них дачи удивительной красоты (до сих пор сохранилось несколько дач авторства архитектора Кекушева) и стали их сдавать на лето москвичам”.

 

Участок у дома. Растения выбирала Ольга, а ухаживают за садом Михаил с супругой вместе.

На участке Степанова уже был дом с небольшой баней в подвале. “Я обожаю париться, поэтому мы с женой решили построить нормальную человеческую баню, чтобы не ходить в подземельную”, — делится Михаил. Вместе с супругой Ольгой, ландшафтным архитектором, они начали рисовать проект, который в процессе трансформировался в большой дом. Степанов вспоминает: “Нам очень хотелось в нем много воздуха, поэтому мы сразу решили, что внутри дом будет белым”. А чтобы как можно больше солнечного света попадало внутрь, окна первого этажа сделали панорамными.

 

Большая гостиная. Синее кресло, ­Германия, 1970-е, the.DOT.home; на переднем плане винтажная консоль и антикварное зеркало XVIII века, которые Михаил отреставрировал сам; справа бюст барана, сделанный на заказ.

Внизу находятся две гостиные, большая и поменьше, зато с камином, а также столь желанная хозяином баня. “Мы решили, что нам хватит крошечной баньки в самом доме, и спроектировали ее так, что топится она от камина из малой гостиной”, — рассказывает Степанов. А вот кухни, напротив, в доме нет. Хозяева поняли, что им так нравится готовить на кухне в старом доме, что в новом оборудовали только место для приготовления чая и кофе.

 

Большая гостиная. Диван, IKEA; над ним картина Михаила Степанова “Разговор у гиппеаструма”; слева винтажный стул, Thonet; столики из дерева хозяин сделал сам с помощью бензопилы и болгарки.

Второй этаж вдвое меньше первого, здесь находится кабинет хозяина и спальня, которую Михаил называет библиотекой. Одну из стен занимают стеллажи, Степанов придумал их сам, а хранятся там его любимые книги — собрания сочинений Пушкина, Гоголя, Достоевского и Толстого. В кабинете помимо рабочих стола и стула, которые достались Михаилу от бабушки, есть излюбленное место хозяина — гамак. Он говорит: “Я обожаю гамаки, я в них заваливаюсь, релаксирую, лежу и думаю. Да и гости тоже его любят”.

 

Столовая зона. Винтажные стулья с блошиного рынка в Измайлово; скатерть из коллекции Михаила; посуда, savour.design; подсвечник, конец XVIII века.

Везде в доме лежат килимы, Степанов привозит их со всего света. “Я фанатею от килимов, к тому же их легко перевозить. Моя жена говорит, что у меня наверняка восточные корни”, — смеется Михаил. Он вообще много всего привозит из путешествий, настоящий охотник за редкостями. “Блошиный рынок для меня развлечение сродни рыбалке или охоте, найти что-то стоящее, классное, пусть требующее реставрации. Это настоящий кайф — из копеечной вещи сделать шедевр своими руками”, — делится Степанов, для которого ремонт старинных вещей — еще одно увлечение.

 

Малая гостиная. Столики из дерева и шишка сделаны хозяином дома; стул и скамья, XIX век; на стене фоторабота Ми­хаила Степанова.

Например, резное зеркало XVIII века Михаилу подарил друг. Оно было в совершенно убитом состоянии — долго валялось в подвале дома и было покрашено десятью слоями масляной краски. Степанов несколько лет самостоятельно занимался его восстановлением: очищал от краски и доделывал недостающие детали.

 

Спальня. Стеллажи сделаны на заказ по эскизам Михаила Степанова; винтажный стул, Thonet, куплен на рынке в Измайлово. На кровати любимец хозяина — кот Боня.

Талант Михаила распространяется не только на фотографии и реставрацию: он занимается живописью и изготовлением мебели. Степанов рассказывает: “Я делаю небольшие столики из дерева. У меня много заготовок разных пней, бензопилой я придаю им нужную форму, потом шлифую болгаркой и почти никогда ничем не покрываю. От этого я получаю огромное удовольствие и одновременно выпускаю пар”.

 

Фрагмент спальни. Стул, Thonet, достался в наследство от бабушки и дедушки жены Михаила; на нем торшер из галереи L’appartement; зеркало, IKEA; текстиль, Loffilab.

Вместе с женой они занимаются садом. При покупке на участке уже были разные растения, пионы и рододендроны, которые Ольга пересадила на более подходящие места. Она отвечает за красоту на участке, а Михаил — за пользу. Он выращивает зелень, землянику, огурцы, кабачки и тыквы. “Они растут у меня в высоком металлическом контейнере и очень красиво свешиваются прямо к тропинке, ведущей к дому: идешь и по пути срываешь себе ужин”, — говорит Михаил.

 

Кабинет. Люстра с блошиного рынка в Ницце. Фигурка обезьянки за гамаком — подарок подруги семьи.

Летом по всему участку стоят кадки с лимонными деревьями, их тоже выращивает хозяин дома. В теплое время года он выносит их в сад, чтобы на фрукты светило солнце и лил настоящий дождь, а на зиму лимоны переезжают в мастерскую Степанова.

 

Фрагмент кабинета. Стол и стул принадлежали бабушке Михаила; лампа антикварная.

Дом они с женой своими руками создавали шесть лет. Михаил говорит: “Для меня не работает тема “взял и все быстро купил”, я люблю вещи с историей, каждая мне дорога. Какие-то предметы были куплены случайно, а какие-то я годами реставрировал”. Следующим этапом он запланировал изменить фасад старого дома, который не гармонирует с новым. “Первый дом — типичная классическая подмосковная дача, а новый жена решила сделать из дерева, но с оштукатуренным фасадом. Я собираюсь добавить к старому дому какой-нибудь деревянный декор, и тогда все завяжется”, — делится Степанов. Посмотрим, что у него получится.

 

Блюдо, savour.design; бутылка с блошиного рынка в Пуэрто‑де‑ла‑Крус.

 

Текст: Юлия Лусенкова

Фото: Михаил Степанов; Стилист: Ксения Брейво

cemicvet.mediasole.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о